Вячеслав ШИБАЕВ, директор ООО «Салаватстекло-Омск»: «Мы разослали приглашения всем акционерам. И тем, кто воюет с нами, и тем, кто не воюет»

27-08-200908:44
Компания: / Раздел: Бизнесу
Салават Стекло Вячачлав ШибаевВячеслав ШИБАЕВ — известный и уважаемый в Омске предприниматель, более 15 лет представляющий в регионе предприятие «Салаватстекло». Корреспондент «КВ» Алексей БЫКОВ встретился с Вячеславом Васильевичем и задал ему ряд вопросов.

— Как начался ваш стекольный бизнес?

— В 1991 году я случайно познакомился с директором Улан-Удэнского стекольного завода. Я тогда еще и не знал толком, что такое стекло. Но так получилось, что мы с ним нашли общие точки соприкосновения. Я стал представителем завода по Омской области. Но это было очень старое предприятие, изрядно, скажем так, поизносившееся, и в 1993 году закрывшееся. Потом в Омске было создано совместное предприятие с Салаватским стекольным заводом из Башкирии. Это очень крупное предприятие, на котором производят стекло горизонтальной вытяжки. Такое стекло тогда делали всего три завода на страну – в Саратове, Нижнем Новгороде и Салавате. Все они работали в основном на экспорт. Но когда в 93-м в России ввели ГОСТ на окна со стеклопакетами, они переориентировали продукцию на внутренний рынок. В прошлом году я отметил 15 лет работы с Салаватским заводом. Кроме листового стекла мы поставляем в область силикатглыбу для нефтекомбината и винтовую бутылку для Омсквинпрома и «Оши». Таких дилерских представительств у завода по стране всего 5. Одно из них – омское.

— То есть вы числитесь работником завода?

— Нет. Раньше ООО «Салаватстекло-Омск» было совместным предприятием с заводом. Но по ряду причин, связанному с законодательством Башкирии, лет пять назад я стал единственным учредителем общества. Так как я был единственным в стране, кто столь долго представлял интересы завода в регионе, мне разрешили оставить название «Салаватстекло-Омск». Теперь я дистрибьютор предприятия.

— Вы представляете только Салаватский завод? С другими производителями не работаете?

— У меня есть по жизни правило: если раз дал человеку слово, я с ним и работаю. В свое время было много предложений статьпредставителем и Саратовского завода, и Борского (Нижний Новгород), но, знаете, строительный и стекольный (производство стеклопакетов и рамных конструкций) бизнесы специфические. На этом рынке работает сравнительно немного людей. Их всех я знаю, и они знают меня. И предлагать им сначала одного производителя, потом второго, третьего — мне будет некомфортно. Тем более емкость рынка определена, а наш завод сейчас производит один из самых качественных продуктов в стране, так что нет ни малейшего смысла менять поставщика.

—  А сколько изготовителей стекла предлагают в Омске свою продукцию?

— Кроме меня в есть представитель Токмака – это киргизское стекло, и был еще представитель Борского стекольного завода. Но в связи с кризисом их сегмент несколько съежился.

— Но как все-таки распределяются доли?

— Я не проводил, конечно, статистических измерений и не хотел бы кого-то обидеть, но на данный момент так можно поделить омский рынок: Салавастекло — около 70%, процентов 15 -20 — это Токмак и Саратов и процентов 10 – представители других заводов — Борского,Pilkington, что под Ленинградом, иGardian из-под Рязани.

— Как почувствовали кризис?

—  Возьмем такой образ: в человеческом организме проистекают различные биохимические реакции, которые мы не чувствуем и не знаем, но когда случаются сбои, мы уже видим кашель, насморк и так далее. Строительный кризис — это примерно как этот вот кашель и лихорадка, результат каких-то ранее невидимых процессов в нашем государстве и в мире. Ситуация в строительстве стала лакмусовой бумажкой перемен. Причем, наверное, ни в одном регионе так остро не стоит вопрос со строительством, как у нас. В кризисе все наши строители. И ипотека не работает, и ценовая политика на квадратный метр несколько завышена.

— Несколько — это сколько?

— Сейчас у нас можно купить жилье от 17 до 25 тысяч рублей — за квадратный метр , а год назад стоимость метра была от 35 до 50 тысяч. С учетом того, что строителям приходится тратиться на подготовку проектов, на отвод земли, и еще если взять менталитет нашего чиновничьего аппарата,реальная себестоимость где-то подходит к 16-18 тысячам в зависимости от дома, места и т.д. — тут много нюансов. А рыночная цена метра должна быть от 22 до 26 тысяч руб. Это с учетом покупательной способности нашего среднестатистического работника при наличии возможности ипотеки.
 
— Так все же как на вашей фирме отразился кризис?

— Если я в прошлом году в месяц реализовывал 30 вагонов, кое-кому при этом отказывая из-за нехватки квоты, то в этом году выходит в месяц лишь 12 – 15 вагонов. Около 80% продукции у меня покупали изготовители стеклопакетов. В октябре 2008 года их числилось в Омске около 60. Некоторые из них были очень крупными покупателями, перерабатывавшими 5 – 8 вагонов.

— В месяц?

— Да в месяц. Самая крупная фирма — ООО «Форм-пласт». Впрочем было немало и «мелочи» — такие тоже считаются переработчиками, но перерабатывают один-два ящика в месяц. Сегодня крупных фирм осталось 10 – 12 и мелких может быть 5 – 7. Кто-то слился, кто-то просто разорился, не потянув бремя лизинга. Оборудование ведь покупали дорогостоящее: для нормальной линии стеклопакетов с объемом производства около 10 тысяч квадратных метров в месяц, вместе со станками ПВХ, эксструдерами, нужно примерно 200 – 250 тысяч евро.

— Вам остались должны, наверное?

— Естественно. Дебиторка выросла.

— Кто же разорился и остался должен?

— Не хочется их называть... Из крупных есть проблемы у «ОКПО», «Поли» тоже попала под лизинговые вопросы.
— То есть они планировали увеличить объемы и под это закупили оборудование в лизинг?

— Да. Сибцентр ПВХ вообще сейчас под банкротством находится. Они, например, остались мне должны 1,8 млн руб. Но мы не опускаем руки, работаем с дебиторами, у каких-то должников, скажем, забираем квартиры. Но ситуация на строительном рынке сейчас очень тяжелая. Банкротами становятся и большие строительные фирмы – у БЕРГА, как известно, проблемы, у КОНОШАНОВА, да и вообще у всех тех, кто активно работал на развитие, на перспективу, вкладывался в новые проекты, но не просчитал свои возможности.

— А у самого у вас не было желания купить линию и выпускать стеклопакеты?

— Был такой соблазн. Даже был проект, с представителями завода обсуждали еще 5-6 лет назад с производством на моей базе. Но заводу было не до этого, а один я не потянул. Сегодня можно сказать, что скорее всего и хорошо, что не вышло.

— Вы упомянули о базе...
— У меня есть база с подъездными путями, три машины специальные с кранами японские
для перевозки стекла и 22 работника. Моя задача — принять вагоны со стеклом и разгрузить. А потом правильно хранить.

— Что значит правильно, что со стеклом может статься?

— Если стекло в окне и в одном листе никогда не портится даже веками, то когда оно стоит в ящике вместе с двумястами или сотней таких же стекол, то при неправильном хранении оно подвержено химическим реакциям, так называемому выщелачиванию.

— Идут дискуссии: для Сибири нужны трехстекольные или пятистекольные пакеты?

— Такая дискуссия идет давно, но есть ГОСТ, согласно которому должен быть двухкамерный стеклопакет — это 3 стекла. Лучше всего, конечно, чтобы это было стекло четверка, а рамка в 12 – 16мм. Бывает еще, для уверенности ставят стекло пятерку.

— Все фирмы выдерживают этот ГОСТ?

— Все стеклопакеты у фирм должны быть сертифицированы. Но нарекания бывают. Если у фирмы не очень хороший бюджет, они экономят: профиль берут похуже, рамки делают поуже. Нарекания бывают. Промерзают. Но, думаю, такие изготовители сканируются общественным мнением и к ним заказы уменьшаются. Фирмы, которые серьезно работают на рынке, у всех на слуху — «Формпласт», «Полипластик», «Евроокногарант», «Евроокностандарт», «Цифровые окна», «Новое окно», «Трокаль» и другие. Они за свое имя борются. Конечно, кризис и по ним ударил, но по крайней мере их директора ведут грамотную финансовую политику и все они работают на данный момент. Кто-то из производителей стеклопакетов работает сейчас активно на Сургут, Ханты-Мансийск: берут там заказы, здесь производят и едут на Север и монтируют.

— Конкуренция, наверное, и у вас обострилась?
— Берем сервисом, вовремя и бесплатно доставляем, если какой-то брак или недостача, то не перекладываем и не привлекаем представителя завода, а сами решаем на месте. Кто мобильнее, кто быстрее, тот и завоевывает больше рынка.

— Насколько я понимаю, в условиях кризиса в основном вам платят квартирами, то есть вы сами становитесь продавцом квартир?

— По расчету у всех заводов-производителей действует одна система – это 100% -я предоплата. Редко когда в зимний период, когда спрос на стекло падает, нам дают отсрочку платежа 10-15 банковских дней.
 
— Дают вам или конечным покупателям?

— Я для завода конечный покупатель, и уже здесь я даю отсрочку тем, кого знаю и чью финансовую ситуацию понимаю. Для того, чтобы этим бизнесом заниматься, надо иметь или от 10 до 20 млн в месяц своих денег в обороте, или кредиты. Потому что отсрочка платежа у нас здесь идет на месте от 15 дней до 2 месяцев.

— То есть вы покупаете по предоплате, а продаете с отсрочкой?

— Не хотелось бы, чтобы повторилась ситуация 98-го года, когда сплошняком шли только бартерные схемы — это были страшные времена. В свое время я брал стекло, а на завод отправлял пиломатериалы, рубероид — все что угодно.
— Но все же эти квартиры, полученные за стекло, за сколько продаете сами?

— Дисконтируем. Недавно вот продали по 26 тысяч рублей за метр квартиры, которыми с нами рассчитывались по 36 тысяч. В основной массы население сейчас ищет цену за квадратный метр от 18 до 22 тысяч рублей. Такое жилье еще имеет спрос. А что выше этой цены, не продается.

— Улучшения ситуации ожидаете?

— Недавно мы, стекольщики, собирались на одной из выставок и пришли к выводу, что к концу текущего года улучшения не ожидается ни на строительном рынке, ни у нас. Может быть, еще годик придется потерпеть.

— Кроме стекольного, у вас есть какой-нибудь иной бизнес?

— Чтобы войти в другой сегмент бизнеса, необходим свободный капитал. Нужно купить оборудование, причем дорогостоящее и хорошего качества, чтобы была приличная продукция, но еще надо понимать, куда реализовать свой товар. Ниш нормальных для себя я пока не нашел. Единственное, мы с товарищем приобрели (шестой год уже пошел) акции ОАО «Дом мод» на Масленникова.

— У какого-то миноритарного акционера купили?

— Купили у Георгия МИТРОФАНОВА. Его отец был хорошим, твердым акционером в свое время, вложил в приватизацию этого Дома мод немалые средства. Георгий пришел как-то ко мне, я хорошо знал его отца, и говорит: «Вячеслав Васильевич, отец умер, мне не достается ни копейки дивидендов и даже на собрания акционеров не пускают». Получилось так, что два двоюродных брата – СЕНИН и БАРАНОВСКИЙ — собрали 74% акций ОАО «Дом мод» и стали диктовать свою волю остальным акционерам.

— Сколько акций вы купили?

— У нас с товарищем оказалось 25,4% . По закону это блокирующий пакет, но он нам не дал абсолютно никаких прав. Мы к ним пришли и сообщили, что мы акционеры. На что получили ответ: ну так ходите раз в год на собрание, об остальном забудьте, так как Дом мод якобы убыточен. А потом выяснилось: руководство общества, имея 6100 квадратных метров площадей в самом центре города, сдавало их собственным аффилированным фирмам по 100 рублей за квадрат, а те фирмы, будучи на упрощенке или вообще не платя налогов, сдавали их в несколько раз дороже. По оценкам независимых ритейлеров, в предыдущие годы так собиралосьот 4 до 5 млн рублей в месяц. По моей оценке, это были карманные деньги СЕНИНА. За что он и был осужден судом на 1 год 8 месяцев заключения. На этом суде мы, акционеры, наконец узнали, как делается бизнес в ОАО «Дом мод» и почему там нет ни прибыли, ни дивидендов. Поэтому мы обратились в совет директоров общества с требованием созвать внеочередное собрание акционеров. И такое собрание состоится 2 сентября.

— Какова повестка дня этого собрания?

— Мы хотим поговорить о финансово-хозяйственной деятельности предприятия и избрать новый совет директоров, объявив предыдущему вотум недоверия. Мы считаем, что новый генеральный директор Дома мод Марина СОЛОВЬЕВА была назначена неправомочно, и хотим поставить вопрос о назначении другого руководителя.
— По уставу кто генерального директора избирает?

— Совет директоров. Который и будет переизбран на внеочередном собрании.

— Но на это собрание могут ведь прийти владельцы контрольного пакета и тоже проголосовать, дав своих кандидатов в совет.

— Конечно. Мы разослали приглашения всем акционерам. И тем, кто воюет с нами, и тем, кто не воюет: они все — акционеры и вправе прийти и проголосовать. В конце концов, должна восторжествовать, правда, а акционеры — принять реальное участие в деятельности предприятия. Главная наша цель, чтобы общество было рентабельно, платило налоги, каждый акционер получал дивиденды.

Алексей БЫКОВ

Обсудить на форуме

Комментарии (0)

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Все комментарии проходят проверку на СПАМ и соответствие правилам ОКНА МЕДИА
Войти с помощью
Имя
Это поле необходимо заполнить.Минимальное количество символов - 2.Максимальное количество символов - 50.
E-mail (Нужен для удаления комментария и получения ответов)
Это поле необходимо заполнить.Bведите корректный адрес электронной почты.
Сообщение
Это поле необходимо заполнить.Минимальное количество символов - 2.Максимальное количество символов - 3000.
Я ознакомился и согласен с правилами сайта Окна Медиа
Отменить